Открыть меню

Карл Лагерфельд

Иногда он кажется карикатурой на самого себя: нарочитый немецкий акцент, короткие, брошенные вскользь фразы, подиумная осанка, припудренный шиньон, манеры барона, любовь к вещам из коровьей кожи. Карл Лагерфельд похож на рок-звезду. Он на витринах демократичных магазинов Н&М, он представляет свою сто пятую коллекцию в Chanel, он работает для Fendi, он открывает Lagerfeld Gallery, он снимает кино про моду и начинает сотрудничать с Adidas и Dom Perignon. Ой, наверное, потребуется миллион лет, чтобы добиться встречи с таким занятым человеком! Или это стереотип? Он сразу согласился на интервью. И вышел к нам, как всегда, элегантный, без часов, без мобильного, без сопровождающих. Внимательно слушал, покорно отвечал на все вопросы. Он принял нас в своем частном доме-отеле: дворцовая лестница, полки с книгами (без которых он не мыслит жизни), безумный рабочий стол, красивые вещи и спальня, где небольшая белая кровать с балдахином кажется немножко инфантильной. Он не хотел, чтобы мы это о нем говорили. Его остроумие и едкость стали непробиваемой броней. Он ненавидит медлительных людей. Он — хозяин замка. Он — fashion-король. Верный только близким, требовательный ко всем остальным, роскошный, открытый, необычный человек показывает нам свой мир.

Вы любите разглядывать людей поверх очков?

Я не слепой.

Но вы же…

Моя профессия — наблюдать, а не давать смотреть на себя. Я как радар — очень быстро «читаю» собеседников. А прислушиваясь лишь к чужому мнению, можно легко ошибиться. Мне нравится работать с людьми, но, честно говоря, они мне не нужны. Мне очень хорошо с самим собой. Ужасно так говорить, но это правда.

А своему мнению и интуиции вы доверяете?
Да! Потому, что я — медиум. Это правда, клянусь вам, хотя мне неловко это признавать! Но я все знаю наперед. Это самое ужасное, что может случиться с человеком. Конечно, кто-то делает на этом деньги, но я не гадалка, терпеть их не могу! Я вижу людей, которые умрут молодыми, правда вижу. Это написано на их фигуре. Но не на вашей (смеется). Справедливости не существует. Социальная несправедливость, пожалуй, единственное, с чем человек еще может справиться. Представьте, уродливая девушка или девушка с огромной задницей… они же никогда не станут Клаудией Шиффер. Вот настоящая несправедливость. И то же с парнями. Мужчина ростом 150-160 см никогда не избавится от комплекса. Я терпеть не могу коротышек. Это очень странная порода людей, они самые сварливые и злопамятные из всех, кого я встречал. Надеюсь, в вашем бойфренде не 150 см роста. Ну скажите же, что нет!

Внешность — это так важно?

В нашей цивилизации да. Мне бы хотелось сказать «нет», но это было бы неправдой. Кто-то сказал однажды: «Красота -лишь краткий миг славы», — но, может, у этого человека в тот момент была депрессия.

Вы себя часто называли авто-фашистом, вас что-то в себе не устраивает? Например?

Не знаем, хотели вас об этом спросить.
Расстраивать и ломать планы может только здоровье. Все остальное удается более-менее контролировать. Когда я захотел похудеть, я похудел. Я могу делать с собой все, что захочу, когда захочу и как захочу. Если это того стоит, конечно. Кстати, тщеславие и гордость-лучшие средства по уходу за собой и своим здоровьем. Если вы не влезаете в 46-й Dior, это ужасно! Но тут надо добавить, что люди, которые все ставят лишь на свою внешность, потом, когда стареют или дурнеют, впадают в страшную депрессию. Если вы дурак, вы им и останетесь на всю жизнь, если вы красивы, вы не будете таким всегда.

Жизнь вам кажется сложной?

Мой девиз — очень простая фраза: «Даже медленные катастрофы в итоге проходят достаточно быстро».

Кто сейчас ваша семья?

У меня нет семьи. Семейная и супружеская жизнь — это не для меня, я всегда это знал. Я очень люблю детей, но чужих, своих я никогда не хотел. Во-первых, потому что я безответственный. Планировать отпуск, семейные ужины — это не для меня. Ненавижу молодых отцов. Жаль, конечно, что приходится это говорить, но женщины больше, чем мужчины, созданы для общения с детьми. Ну, конечно, какое-то время с детьми друзей я готов посидеть, а потом с ними надо поступать как с ненужными игрушками — отдавать родителям. И общение со мной детям вряд ли полезно. У меня привычка их баловать. А знаете, какая фраза нагоняет на меня тоску в последнее время: «Лучший момент в жизни отца — это когда он понимает, что его сын — посредственность». Я тогда еще подумал: «А если бы он был в пять раз лучше меня, разве в этом случае я смог бы его любить?». Лучше даже не говорить на эту тему. С девочкой, кстати, наверное, было бы легче. Но если она была бы идиоткой, я бы тоже не смог ее любить.

А вы рано поняли, что не хотите семейной жизни?

Я с детства мечтал, чтобы у меня не было семьи. Еще ребенком. Потому что семья лишает тебя свободы и не дает наслаждаться собственным временем. Моей семьей были только мои родители. Я даже сестер своих почти никогда не видел. Это не значит, что я их не любил, просто мы не совпадали. Я всегда знал, что создан быть один. Но, кстати, это не мешает мне оставаться открытым человеком по отношению ко всем остальным, — наверное, потому, что я очень равнодушный.

Но вас что-то трогает, задевает в жизни?

Конечно! Но я не хочу это напоказ, ни отдавать на продажу, ни анализировать.

А друзей у вас много?

Друзей много не бывает. Быть другом всех вокруг — это плохо. Да, у меня есть несколько друзей, подруг-достаточное количество. Иначе это было бы ужасно! Я могу казаться монстром, конечно, но ничто человеческое…

Такое ощущение, что вы очень верный человек.

Да, за исключением нескольких «но». Если люди ошибаются или обижают меня, моя месть может быть страшной. Я никогда не атакую, но запросто могу нажать на кнопку лифта и отправить человека прочь в плохом или хорошем направлении. В этом я чемпион. У меня не было христианского воспитания, я не считаю, что надо прощать все.

А вы с кем-нибудь жили под одной крышей?

Да. Но, к сожалению, судьба и смерть не захотели продолжения этой истории. Я не хочу об этом говорить.

Но такой опыт у вас был?

Да, иначе я был бы просто инвалидом. Надо попробовать все. Сейчас я живу сам с собой. Я всегда рядом
с собой, то есть нас всегда двое, оди-всегда издевается над другим. Это потрясающе! Вы не скрываете своей гомосексуальности. Был ли момент, когда это было тяжело? Я сам это выбрал.

Но иногда люди могут относиться с осуждением. Ко мне?!

Никогда. Когда я в 11 лет спросил свою маму, кто такие гомосексуалисты, она ответила: «Это как цвет волос. Есть блондины, есть брюнеты. Есть разные люди». Это не тема для обсуждения. Люди, которые думают иначе, меня не интересуют.

Повезло, что вам досталась мама, способная на такие слова. Ну, я не сын фермеров… Мои родители жили в Берлине в 1920-х годах, он, многое видели.

Психоанализ вас никогда не интересовал?

Письмо, которое Лу Андреас-Саломе написала Райнеру Марии Рильке: «Никогда не делай того, что убьет твой талант». Я не хочу задавать себе вопросов, на которые нет ответа. К тому же моим психоаналитиком всегда была моя мама, она удивительно проницательный человек. Она чувствовала меня, мои слабые места. Она была воплощением логики и справедливости. Расскажите, что происходит с вами по вечерам. Идеальный вечер для меня — это пойти в ресторан с друзьями или выпить бокальчик в кафе Flore. Все зависит от ситуации. Дома мне тоже хорошо — вернуться к себе, пролистать нескоко новых книг, никакого телефона, посмотреть новости, почитать газет, порисовать немного. А вечера, когда ты забегаешь домой, говоря: «Так, я выхожу через полчаса, надо быстро переодеться» — могут привести к самоубийству. Мне портят жизнь встречи, назначенные заранее, за два века. Мне можно позвонить в 20.55 и позвать на встречу в 21.00 — я могу привести себя в порядок за пять минут, как бы я ни выглядел. Я прихожу в ужас от заранее спланированной, предсказуемой жизни…

А как ваша светская жизнь?

Больше никакой светской жизни! Мне это не интересно, хотя я умею вести себя в свете. Я теперь пуританин-наблюдатель. Люблю общаться с миром, как Ростан с насекомыми, — наблюдать за ним. Но при этом я не люблю, когда наблюдают за мной.

Вы же всегда были гулякой, прожигателем жизни…

Я видел таких людей, но это не совсем про меня. Я не пью, не курю, не принимаю наркотики, я не создан для ночной жизни. Я люблю танцевать, но сейчас я много работаю и предпочитаю дневную жизнь. Она больше меня возбуждает. Все эти дискотеки, вечеринки — они все похожи в разных частях планеты: та же музыка, те же люди, тот же свет. Что же это за праздник?

А где ваш дом?

Там, где я. Я везде хорошо приживаюсь. Знаете, не стоит особенно пристают на улицах. Мне это мешает.

Какой последний фильм вы видели?

(Думает.) Больше всего в кино я люблю звезд. Мне нравится Николь Кидман. Я большой поклонник Голливуда 1930-х годов. Но вообще-то, мне мало интересно кино, чужая реальность, чужие скучные жизни. Я нечасто досматриваю фильмы до конца. Я люблю покупать билеты во все залы кинотеатра и уходить через две минуты, через пять минут.

Вы помните лучший совет, который вам давали в жизни?

Лучшие слова я говорю себе сам. Это глупые немецкие поговорки (смеется): «Не ешь горячей еды сразу на кухне», «В итоге все складывается гораздо лучше, чем ты мог себе это представить» и «Там, где нет воды, она еще обязательно появится». Вот моя философия по жизни. (Опять смеется.)

Какой же Карл Лагерфельд настоящий?

Опоздания — трагедия моей жизни. Я родился на три недели позже назначенного срока. Вот этих трех недель мне всю
жизнь не хватает, я все еще не нагнал их.
Как говорила моя мама, я повсюду дома, потому что мне не скучно одному. Комната в отеле — тоже неплохо. У меня нет чувства родины, дома — это для меня чересчур буржуазные понятия. Я люблю принимать гостей, но не люблю ходить в гости, потому что бываю слишком требовательным, невыносимым, а такие требования нельзя навязывать другим, особенно богатым людям.

Вы часто смотрите телевизор?

Нет, я люблю телевизор, только если показывают меня. Мне весело видеть себя на экране. Не люблю домашних кинотеатров — такое ощущение, что герои всех этих кинодрам заходят к вам в дом. Я не люблю впускать к себе переживания других людей. А вот в кино — пожалуйста, там тебя ни к чему не обязывают. Правда, в кино я хожу нечасто — это сложно, надо окружать себя телохранителями, все организовывать. Ужас!
Когда я встречаю симпатичных, интересных людей, которые мне нравятся такими, какие они есть, я подстраиваюсь под них. О какой реальности может идти речь, если мы все адаптируемся?

Всегда?

Да, но это происходит искренне. Это не что-то искусственное. Я забываю о каких-то своих чертах, если они не подходят к обстоятельствам.

Про ваш идеальный вечер я все поняла. А ваш идеальный день?

Когда я не смотрю на часы.

Наверное, их много…

Нет, к сожалению. Это незаметно, возможно, но я прикладываю сверхчеловеческие усилия. Я всегда опаздываю, это вообще трагедия моей жизни. Я родился через три недели после назначенного срока. Моя мама рассказывала, что она ходила в клинику каждый день, потому что боялась рожать дома. Вот этих трех недель мне всю жизнь не хватает, я все еще не нагнал их.

На что вы первым делом обращаете внимание, когда видите необычный интерьер? Конечно же, на подстолья! Особенно важно правильно выбрать подстолья, если вы заняты в ресторанном бизнесе. Но и дома это важный элемент декора. Узнавайте все об этом на великолепном www.flaviamebel.ru.***

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Правообладателям

© 2020 Блог стилиста · Копирование материалов сайта без разрешения запрещено